Творил чудеса. Настоятеля курского монастыря могут причислить к лику святых

Настоятель обители (в центре) с братией. © / Рыльский Свято-Николаевский мужской монастырь Курской Епархии

По словам курян, металлический крест на могиле архимандрита Ипполита замироточил незадолго до Рождества.

   
   

Это случилось на 21-ю годовщину преставления курского и афонского старца, который славился исцелением больных. Старца Ипполита называли Серафимом Саровским наших дней, помогать людям было его даром.

Крест на могиле почитаемого старца Ипполита. Фото: Из личного архива/ Светлана Борисова

К нему в Рыльский Свято-Николаевский мужской монастырь Курской Епархии приезжали с разными проблемами – наркоманией, раком, смертельными диагнозами, когда врачи умывали руки, а уезжали исцелёнными. Но в первую очередь это было исцеление души.

…И мир перевернулся

У Сергея Халина биография была самая обычная, как у большинства советских людей. Родился в 1928 году восьмым ребёнком в курской крестьянской семье. Окончил семь классов, учился в ФЗУ, строил дороги, служил командиром отделения зенитных пулемётов. А потом, уже в 1957 году, – Глинская пустынь. Там он заболел воспалением лёгких, едва не умер. Его духовник, старец Андроник, три дня молился над умирающим юношей, и Сергей исцелился полностью. Через два года после этого он принял постриг и был наречён Ипполитом.

А потом его почти на два десятилетия отправили на Афон, в монастырь святого Пантелеймона, опекаемый русскими монахами. Говорят, что именно там Господь наделил его даром исцеления, а точнее – преображения людей.

В конце 80-х Ипполит вернулся на родину, в Курск, и получил благословение на восстановление Рыльского Николаевского монастыря. И уже оттуда слухи о старце, избавляющем от недугов, распространились по всей России.

Он действительно исцелял, тому сотни примеров. Как-то женщина, у сына которой был СПИД, ища последнюю на­дежду, решила обратиться за помощью к отцу Ипполиту. Ехали издалека. Старец перекрестил больного и сказал: «СПИДа у тебя нет». Всю обратную дорогу женщина причитала и возмущалась: тоже, мол, святого нашли, а он ничего даже не знает, только зря так далеко ехали. Вернувшись домой, сын вновь прошёл обследование, и… никакой болезни у него не обнаружили.

   
   

Приезжали к старцу люди неверующие – просто из любопытства. Иеродиакон Свято-Успенского монастыря в Алании Сергий говорил, что впервые он посетил Рыльский монастырь, будучи атеистом, отца Ипполита считал экстрасенсом или народным целителем. Батюшка обратил на него внимание и спросил, хочет ли тот стать монахом. В планы молодого человека это, конечно же, не входило – в будущем он собирался жениться. Батюшка не настаивал. Но спустя два года молодой человек вновь оказался в монастыре и остался здесь послушником. «Я приехал туда атеистом, но старец взял меня за руку – и мир перевернулся!» – рассказывал отец Сергий.

Больные приезжали сюда автобусами. С тем, что не принято обсуждать публично, – наркоманией, алкоголизмом. Люди работали – распорядок в обители был суровый, постились, молились и уезжали исцелёнными.

Проповедей не читал, говорил тихо

Сам батюшка Ипполит не любил публичности. Больше молчал, расхаживая в одиночестве по монастырю. Проповедей не читал, разговаривал тихо, неразборчиво, как бы сам с собой.

«У ангела два крыла, у Серафима шесть, а у человека столько крыльев, сколько у него любви», – говорил архимандрит Ипполит Халин.

Казалось бы, никаких чудес, а люди преображались. И по сей день рыльские монахи, соблюдая тайну исповеди, не называют имён тех, кого исцелил старец, но среди них есть очень известные люди.

Памятник архимандриту на территории дворцово-паркового ансамбля «Марьино». Фото: Рыльский Свято-Николаевский мужской монастырь Курской Епархии

Продолжились чудеса и после смерти батюшки, есть примеры исцеления уже от могилы Ипполита, отошедшего в 2002 году, и креста на ней. Всё это тщательно фиксируется – собираются материалы для канонизации старца. Такая процедура не терпит спешки и порой занимает долгие годы. А многие прихожане давно почитают старца как святого Ипполита Рыльского. В ходу даже икона, пока никем не освящённая, – она ждёт своего времени.