«Банкет» за счёт инвалидов. Как исчезают положенные льготникам деньги

Фото автора / АиФ

В Каширском районе Воронежской области неграмотный инвалид якобы написал в Пенсионный фонд заявление, лишившее его части выплат. Его матери удалось отсудить у фонда 76 тысяч рублей. Впрочем, есть основания полагать, что приоткрылась лишь верхушка айсберга. Каким образом растворяются деньги граждан? И, главное, в каких масштабах?

   
   

Под Солнцем Свободы

В селе Круглом Каширского района осталось ещё много советской романтики. Например, там есть улица Солнце Свободы, где живёт Надежда Козлова со своим 25-летним сыном Серёжей. Внешне довольно крупный мужчина так и остался мальчиком – он не умеет читать и писать, очень боится, когда мама уходит из дома, и даже не подозревает, что оказался в центре настоящей детективной истории.

Сергей родился умственно отсталым, и в три года был официально признан ребёнком-инвалидом, после чего Надежда начала получать социальную пенсию. С 2005 году вместе с пенсией стала выдаваться так называемая ежемесячная денежная выплата (ЕДВ). Особое заявление для неё подавать не надо, и потому многие льготники до конца не представляют, где заканчивается пенсия и начинается ЕДВ. Не слишком вникала в эти тонкости и Надежда.

Между тем вместе с ЕДВ положен набор социальных услуг (НСУ) – лекарства, лечение на курортах и в санаториях, проезд в транспорте. Естественно, гораздо проще получать вместо услуг живые деньги. Для этого нужно было каждый год писать заявление, что и делала Надежда. Потом процедура упростилась: стало возможно отказаться от НСУ раз и навсегда. В 2009 году Надежда Козлова написала заявление, которое и должно было стать последним.

Всё шло своим чередом, сын рос, но ничуть не менялся. И вот в начале этого года Надежда на всякий случай решила уточнить, получает ли она всё, что ему положено. Зашла в интернет, стала искать номера нужных законов, статей и пунктов. И тут поняла, что часть денег ей регулярно не доплачивают.

Таинственное заявление

Женщина пришла в Каширское отделение Пенсионного фонда, и молодая сотрудница, видимо, по наивности и неопытности, показала ей заявление о назначении ЕДВ, якобы написанное лично Сергеем Козловым ещё в 2010 году. Сказать, что Надежда была поражена – не сказать ничего.

   
   

«У него даже в паспорте вместо подписи стоит прочерк, – говорит мать. – Он бы даже добраться до Пенсионного фонда не смог – не то что какое-то заявление написать».

Тем не менее такой документ существует, в нём есть подпись и дата – 18 мая 2010 года. Накануне, 17 мая, Сергею Козлову исполнилось 18 лет. Он уже не мог считаться ребёнком-инвалидом и должен был получить группу инвалидности, после чего назначается другая пенсия.

Действительно, чтобы получать другой вид пенсии, нужно написать заявление. Но, во-первых, Пенсионный фонд обязан информировать об этом опекуна, а, во-вторых, летом 2009 года были приняты изменения в закон, согласно которым инвалидам с детства в порядке исключения такое заявление писать не нужно – необходимые документы должны поступать из учреждения медико-социальной экспертизы.

На этом удивительное не заканчивается. Заявление частично заполнено на компьютере, частично – написано от руки. Заявитель просит назначить ЕДВ – сразу по двум категориям: в одной графе значится «инвалид первой группы», во второй – «ребёнок-инвалид». По двум категориям ЕДВ имеют право получать чернобыльцы и дети чернобыльцев. Но, по словам Надежды, никакого отношения к Чернобыльской катастрофе семья не имеет.

Впрочем, и инвалидом первой группы 18 мая 2010 года Сергей Козлов ещё не был – именно в этот день он только проходил медико-социальную экспертизу.

Виновна умершая?

Между тем получилось, что из-за этого заявления ЕДВ была назначена инвалиду заново, а значит, он заново получил право на бесплатные отдых, проезд и другие НСУ, от которых опять же заново нужно было отказаться.

«Заявление об отказе от социальных услуг ни от вас, ни от вашего сына в период с 01.05.2010 до 20.01.2017 года не поступало», – ответила Надежде Козловой начальник каширского управления Пенсионного фонда Анна Ижокина.

Что, добавим мы, вполне естественно, ведь о таинственном «заявлении» Надежда знать не могла. Как не могла и пользоваться положенными льготами, которые «сгорают» каждый год.

«В связи с утратой права на ЕДВ по категории «дети-инвалиды» было также утрачено право на набор социальных услуг в денежном выражении», – настаивают в Пенсионном фонде.

И это при том, что разумно объяснить, как могло появиться «заявление», лишившее инвалида денег за НСУ, в фонде не могут – списывают всё на «мёртвую душу».

«Подтвердить ваши слова о «подложности» заявления Козлова С.В. не представляется возможным в связи со смертью специалиста Сурковой Нины Владимировны, ранее работавшей в Пенсионном фонде района и принимавшей данное заявление», – «хоронят» странную историю в отделении фонда.

Куда ушли средства?

Надежда Козлова обратилась в Каширский отдел полиции, а затем в районный суд. Ответы полицейских и вердикт местной Фемиды чуть не повергли женщину в отчаяние. По сути, они дублировали отповедь Пенсионного фонда. Дело в том, что под опеку Сергей Козлов был взят с 1 сентября 2010 года – после решения суда и постановления райадминистрации.

«Заявление от 18.05.2010 года о назначении ЕДВ, которое подано Козловым С.В., будучи дееспособным лицом, не является заявлением об отказе от набора социальных услуг», – ответили в полиции и отказали в возбуждении уголовного дела.

Видимо, по логике каширских служителей закона, получается, что Сергей был недееспособен до совершеннолетия, потом внезапно поумнел на три месяца, а с 1 сентября вновь разучился читать, писать и принимать самостоятельные решения.

К счастью, областной суд разобрался в деле и поддержал мать инвалида. Всего с 2010 года женщина недополучила более 78 тыс. рублей. Спор закончился мировым соглашением – фонд выплатит около 76 тысяч.

Тем не менее вопросов в этой истории пока гораздо больше, чем ответов. Не ясно, чья же всё-таки подпись стоит под странным заявлением. Не понятно также, кому все эти годы уходили положенные инвалиду деньги. Как быть со второй категорией – деньгами, предназначавшимися никогда не существовавшему чернобыльцу? И, наконец, насколько уникально «заявление»? Ведь речь может идти и о «серийном производстве». Надежда Козлова уже обратилась в управление экономической безопасности: возможно, благодаря дотошности правоохранителей, будут разрешены и эти загадки.