aif.ru counter
240

Юрий Холодов: мысли рок-музыканта о моде и честности в творчестве

Сегодня среди воронежской молодежи, посещающей городские музыкальные мероприятия, едва ли найдется человек, не слышавший группу «Театр иллюзий», не помнящий «того человека в шляпе с гитарой». Но это не Боярский, а музыкант Юрий Холодов. Правда, с недавнего времени сменивший концертную шляпу на шотландский килт.

В обычной жизни Юра – системный администратор в Информационном центре атомной отрасли, отец перешедшего во второй класс Саши. А в другой, музыкальной, жизни – вокалист и гитарист группы «Театр Иллюзий», автор песен с ярко выраженной гражданской позицией и просто веселых песенок «за жизнь». Группа собирает на свои концерты людей разных возрастов, субкультур и мировоззрений. Играет «Театр иллюзий» рок, но коллектив любит экспериментировать с песнями, смешивая жанры. В разные времена в группе неоднократно менялся состав, участники которого привносили в звучание песен новые, неожиданные акценты. Постоянные инструменты – гитару, бас и барабаны периодически разнообразили скрипка, саксофон, клавишные, контрабас, флейта. В настоящий момент в составе команды три человека: сам Юрий Холодов (вокал, гитара), Алексей Бредихин (бас-гитара), Егор Новиков (скрипка, бек-вокал), а место барабанщика пока пустует. Есть у группы и своя «визитка»: на концертах парни выступают в килтах – национальной шотландской одежде.

Юрий рассказал о своем творческом пути и поделился мыслями о рок-субкультуре с корреспондентом «Аргументов и Фактов-Черноземье».

АиФ: Юра, когда ты открыл в себе интерес к музыке?

Юрий: В школьные годы. Дома появилась «бобровка», и я ее начал мучить. Есть фотография, где я стою с гитарой, хотя играть еще не умею. Но вид бесконечно гордый. Изначально двор был музыкальной школой. Первая песня, которую выучил, принадлежала Виктору Цою, «Группа крови». Позже в Доме пионеров мне показали, как правильно брать аккорды.

АиФ: Что поначалу давала тебе гитара?

Юрий: Признание сверстников. А еще в школе гитара выручила меня на выпускных экзаменах. К нам в школу приехала французская делегация, нужно было их запоминающимся образом встретить. Тогда я выучил популярную на тот момент французскую песню Джо Дассена «Salut» и исполнил ее гостям. За это учительница по французскому вывела мне годовую «четверку». Гитара и потом изменила мою жизнь. Желая самостоятельно сделать «примочку» для неё, я поступил учиться в политехнический институт в Воронеже по специальности радиоконструктора.

АиФ: Как появилась группа «Театр Иллюзий»?

Юрий: Первоначально во времена института собрались несколько студентов-друзей поиграть музыку. Это и был первый состав. Мы успели записать 3 песни, прежде чем нас с басистом призвали в армию.

АиФ: Как ты воспринял эту новость?

Юрий: Я был в возмущении, что предстоит бросить творчество на два года. Во время службы даже хотел убежать, чтобы продолжить заниматься музыкой, но басист Мишка, с которым мы вместе служили, вовремя отговорил меня от этого шага. Тем не менее, внутренний протест вылился в песню «Колобок», ее можно услышать в интернете.

АиФ: Опираясь на свой опыт, скажи, какие сложные препятствия могут встретиться на пути музыканта?

Юрий: Армия и женитьба – это два события, проверяющие коллектив на прочность. Два испытания, которые заставляют дать себе честный ответ на вопрос: а нужно ли тебе играть? Причем, эти испытания проверяют музыканта не только, если происходят с ним лично, но даже если затронут кого-то из команды.

АиФ: Ты прошел эти испытания?

Юрий: Да. Я до сих пор играю в «Театре Иллюзий», хотя и армия, и женитьба, и многочисленные смены коллектива – все было.

АиФ: Какие достижения у группы есть на сегодняшний день?

Юрий: Итог одного из этапов нашей многолетней работы – записанные песни, часть которых объединена в вышедший в прошлом году альбом «Хомякадзе». Также, этим летом нас пригласили сыграть на всероссийском фестивале «Нашествие», который состоялся в начале июля в Тверской области. Для нас это большое достижение – играть на фестивале, куда приехало 150 тысяч человек со всей России, к тому же в одной программе с такими известными коллективами как Аквариум, Калинов мост, Земфира, Чиж и другими.

АиФ: Какие модные тенденции сейчас можно заметить в отечественной музыке, в том числе и на воронежской «музыкальной кухне»?

Юрий: Всегда в моде хороший звук. А так, могу сказать, что сейчас идет облегчение музыки, которую слушают люди. И мне это нравится.

АиФ: То есть рок становится более попсовым?

Юрий: Не совсем. Просто смещается акцент в сторону легкого звучания. Потом придет другая мода, и этот акцент передвинется еще куда-нибудь. Сегодня групп очень много, возможно больше, чем реальных слушателей. И в данный момент, на мой взгляд, пропадает мода подразделять музыку на стили. Вкус слушателя отражается в виде плейлиста «В контакте», а там у всех смешаны разноплановые группы, исполнители.

АиФ: Как считаешь, музыкант должен следовать за модой?

Юрий: Следовать или нет – каждый решает сам, важнее честно это или нет. Модно или честно – вот выбор, который должен сделать музыкант. Группа облегчает звучание, потому что так им нравится – это будет честно. А давайте облегчим звучание, потому что это модно – совсем другое. Можно пойти за вкусами публики, но только в том случае, если это совпадает с твоими желаниями.

АиФ: По твоему мнению, на что сейчас в обществе мода?

Юрий: В обществе мода на зарабатывание денег. Сегодня это яркая тенденция. Она связана с изменением общего национального сознания. И в отношении музыкантов тоже просматривается влияние этой моды. Но если кто-то начинает играть только для того, чтобы заработать деньги, то в какой-то момент придёт разочарование: оказывается, что музыкант больше вкладывает, чем получает – в инструмент, репетиции, записи песен, видео и так далее. Не поймите меня так, словно я призываю оставлять музыкантов без денег, вовсе нет. Это труд, который тоже должен оплачиваться. Просто важно чтобы были деньги за Музыку, а не музыка ради Денег.

АиФ: Чем процесс звукозаписи в 90-х отличался от записи в студии сегодня? Какие сложности при этом возникали?

Юрий: Когда я начинал играть, в Воронеже была всего одна звукозаписывающая студия «Black Box», и чтобы записать там 3 песни, я отдал всю зарплату за месяц. При этом, все музыкальные инструменты записывались на ленту одновременно. Музыканты старались играть собранней, чтобы не делать перезапись. И если сейчас современное оборудование звукозаписи позволяет исправлять каждую нотку, то тогда такой возможности не было. Это добавляло ценности труду музыкантов. Сегодня с записью можно сделать все, что угодно, но это имеет и свои минусы. Например, каждый начинающий коллектив может зазвучать достойно после записи в студии, даже в том случае, если не способен повторить то же самое «вживую». Это обесценивает.

АиФ: Что может ожидать начинающих музыкантов в концертной практике?

Юрий: Разное. Если гастролировать, надо быть готовым к тому, что придется много времени проводить в дороге. При плотном графике дом будешь видеть редко. Возможны и курьезы. Например, у нас такой произошёл совсем недавно, когда мы ездили выступать на «Нашествие». Из Воронежа ехали на фестиваль в предвкушении «главного приключения лета». И когда в Твери выскочили из поезда, как-то никто не вспомнил про костюм басиста, поехавший в вагоне дальше, в Питер. Отсутствие килта обнаружилось чуть позже, на фестивальной поляне. Выручил знакомый, который ехал из Москвы нас поддержать. Он купил и привез нам ткань почти перед самым выступлением. Мы наскоро смастерили килт – и бегом на сцену. Было забавно.

АиФ: Кстати, о килте. Какие атрибуты должны быть у настоящего рок-музыканта?

Юрий: Согласно распространённому мнению, татуировка, длинные грязные волосы, кожаная куртка, спиртное, шприц в кармане и сумасшедшая подруга под боком. На самом деле, только про сумасшедшую подругу правда. Только она и согласится жить с музыкантом (смеётся — ред.). Шучу. Сегодня много вариантов имиджа, даже среди рок-музыкантов. Кто-то привлекает публику эпатажем, но мастерство музыканта не заключается в его одежде. Да и вообще не хочу измерять людей по атрибутам.

АиФ: Ты согласен с мнением, что стереотип, о котором ты говорил выше, навязан нам Америкой? Ведь именно из США к нам пришёл штамп «Sex, drugs and Rock'n'roll»

Юрий: Может, изначально стереотип о связи рок-н-ролла с наркотиками нам и навязывался. Хотя наши люди все равно другие. В нашей истории чаще были пьющие музыканты и поэты. Но мне хочется сказать о другом: хороший музыкант или поэт, к сожалению, не застрахован от наркотиков, но не один наркоман ещё не стал хорошим музыкантом. Да и вообще, творчество начинается не с алкоголя или наркотиков, а с потребности в самовыражении. Хороший пример – Сергей Есенин, который никогда не писал стихов в нетрезвом состоянии.

АиФ: Что сейчас происходит с рок-аудиторией? Есть разница между современным слушателем и тем, который приходил на ваши концерты в начале творческого пути?

Юрий: Да. Тогда каждый концерт являлся событием: они были редкие, количество групп – минимальным, доступ к музыке в интернете был ограничен. И это придавало ценность концертам, на них собиралось много молодежи. В Воронеже тогда были популярны «Рок-полиция», «Депрешн», «Крикуны». Сейчас уменьшилась внутренняя ценность концерта для слушателя: групп и выступлений много, песни легко скачать с Интернета.

АиФ: Можно ли зарабатывать в Воронеже музыкой, при этом не работая в других сферах?

Юрий: Ну, профессиональные музыканты так и делают. Правда, для этого им часто приходится работать в кабаках. Если говорить конкретно про рок-музыкантов, то, скорее, нет. Даже наиболее популярная в нашем городе группа «Обе-рек», единственная среди воронежских, которая может заработать на сольном концерте деньги, вкладывает в творчество больше, чем получает. Вообще, считаю, что получать деньги от творчества могут только группы «первого дивизиона»: Сплин, ДДТ, Земфира и другие.

АиФ: Как считаешь, радио формирует вкусы публики?

Юрий: Думаю, что монета двусторонняя. С одной стороны публика формирует радио, а с другой – радио публику. Если радио будет ставить непопулярную музыку для публики, та переключит канал. Как следствие, не будет рекламы. И не будет радио. В результате получается, что аудитория диктует радио то, что будет звучать. С другой стороны радио формирует вкус подрастающей публики. В общем, замкнутый круг.

АиФ: Что ты хочешь донести до своей аудитории?

Юрий: По моим ощущениям, я делаю смысловой упор на тексты, и мне хотелось бы, чтобы мои слушатели могли меня понять. Хочу, чтобы слушая музыку, люди думали. Но, в то же время, чтобы это не мешало им танцевать.

АиФ: Как ты понимаешь термин «рок» и как долго, на твой взгляд, он будет существовать?

Юрий: Смотря что подразумевать под ним. Если рассматривать явление, как музыкальный протест, то оно будет вечно. Только будет трансформироваться способ выражения: может, это будет под балалайку или электронщину, или даже арфу.

Если рассматривать, как музыкальный жанр, то он будет жить до тех пор, пока востребован. Хотя он видоизменяется под воздействием других музыкальных жанров. Так, в своё время был популярен хард-рок, в какой-то момент – альтернатива, что будет завтра, мне не известно. Но, главное, все развивается.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах
Роскачество