aif.ru counter
127

Ветеран ВОВ Григорий Арановский: «В моей России этого не было»

Этого удивительного человека знали и любили многие куряне не только как ветерана, руководителя цеха, человека с активной гражданской позицией, но и как доброго дедушку, всегда радостно встречающего гостей. Своих детей у Григория Борисовича не было - война дала о себе знать. Всю жизнь он прожил с любимой женой. Ольга Арановская умерла через два дня после мужа.

Публикуем последнее интервью Григория Борисовича, которое он дал в мае 2011 года.

- Проходите. Знакомьтесь, это моя супруга - Оля, - дверь квартиры Григорий Борисович Арановский, «гвардии старший сержант», открыл сам. Ветерану не пришлось задавать много вопросов: Григорий Борисович с радостью поделился с нами своими воспоминаниями и мыслями о настоящем.

«Иваны, не помнящие родства»

- Я родился на Чумаковской улице. Она считалась хулиганской. Но хулиганство такое было: мы клали на дорогу кошелёк, присыпали его листиками, привязывали за ниточку, а сами прятались за забором. И так вот смеялись над любопытными прохожими. Были ребячьи законы: драться один на один. Будет стоять тысяча человек, а драться будут только двое. До первой крови. Никаких железок. Не дай бог, кто-нибудь тронет лежачего. До войны в деревне не было замков: щепочкой дверь закрывали. Мы никого не оставляли ни в радости, ни в беде. Все взаимоотношения были в верхней части человеческого тела. Для меня тогда наивысшим счастьем было держать девушку за руку, идя с ней в кино. Мы ушли на фронт патриотами, любя свою Родину. Мы шли, не зная даже, как пахнет водка. А что происходит сегодня?

- Григорий Борисович, как вы считаете, с чем связаны нынешние проблемы армии?

- Армия начинается с «гражданки». Сегодня в армию многие уходят испорченными. Раньше проводы ребят в армию были праздником. Позором было не попасть в армию. А сегодня все бегут оттуда. Происходит это потому, что мы не занимаемся патриотическим воспитанием молодых ребят. Мы Иваны, не помнящие родства. Приведу примеры. Недавно во всех СМИ прошли страшные сообщения о смерти короля поп-музыки, Майкла Джексона. Но он для нас - чужой человек. А через некоторое время умер народный артист Советского Союза Владимир Трошин - две минуты ему уделили телеканалы. Ещё один пример. У меня было два друга. Один - Егор Иванович Константинов - Герой Советского Союза. Мы с ним много лет дружили. Когда он умер, на похоронах ни губернатора, ни мэра не было. Ещё один друг - Владимир Афанасьевич Леонов, профессор, доктор медицинских наук, заведующий кафедрой медицинского института. Мало того, что он такой «заслуженный», он ещё и человеком чудесным был, любимцем всего города! И он умер. На похороны не пришли ни студенты, ни ректор, ни проректор. В моей России этого не было. Академик Лихачёв в одном из своих последних выступлений сказал, что нравственность и милосердие нескоро посетят нашу Родину. Так и получается. Я ехал на кладбище к матери. Садился около мединститута. И вот вваливается в автобус группа будущих врачей. И женщина пожилая стоит… Мне много лет, мне очень много лет. А ей ещё больше. Я ей помог - почти поднял в автобус и думаю: уступит ли ей кто-нибудь место? Студенты переговариваются, смеются… Так никто и не уступил. Когда я помог ей выйти из автобуса, она сказала, что была медсестрой. На войне выносила с поля боя раненых…

Больше думать о людях

- После войны во время работы на электроаппаратном заводе (Григорий Борисович руководил 1-м сборочным цехом - Ред.) в вашем подчинении было более тысячи человек. Помогла ли как-то опыт военных лет в управлении людьми?

- Воинские звания упоминались только по праздникам - на зарплате они не сказывались (смеётся. - Ред.). На работе, как и в жизни надо руководствоваться принципом: как можно больше внимания и уважения людям. Я старался делать как можно больше для людей, а они - для страны. Формула эта действовала. Нашему коллективу первому в области было присвоено звание «Коллектива социалистического труда». У нас был девиз «Один за всех - все за одного». И исполнялся он во всём. 

На заводе работали инвалиды войны, бывшие заключённые, мы воспитывали сирот, выхаживали больных сотрудников. Никого не бросали в беде. При цехе был создан огромный вольер. Там росли берёзы, жили два ёжика и практически все виды птиц, обитающие в нашей области. Вот собрался к нам на завод министр электротехнической промышленности СССР Алексей Антонов. К этому важному событию начали станки начищать. А я говорю директору: он около нашего вольера простоит больше, чем у станков. Так и получилось. А зимой у нас в цеху жили синички - около 50 птиц. На Пасху мы их отпускали на природу: весь цех стоя прощался с птицами. Работали порой и на выходных, повышали план, но энтузиазма хватало. За его выполнение получали премии. Но времени хватало и на спорт, досуг. Наша хоккейная команда выигрывала чемпионаты СССР. А Нина Анциферова пела как сама Зыкина. Каждый работник мог на море съездить летом. Отпуска, правда, небольшие были, но я давал работникам ещё 10 дней за свой счёт. А инвалиды войны бесплатные путёвки получали. Был у нас известный по всему городу душ. Три дня он работал для женщин (представительниц слабого пола в цеху было больше), два - для мужчин. Туда купаться даже руководители города приезжали. Директора же завода мы «за глаза» звали «Красным солнышком». Вот он зайдёт к нам, а в цеху и правда как будто солнце засветило, - такой был человек. Сейчас же на предприятиях человеку меньше всего внимания уделяется. В этом наша проблема.

«Вы давно за всё заплатили»

- Что нужно ветерану от потомков? Сегодня много чего делается, но больше материального: пенсии повышаются, квартиры выдаются…

- Нам не нужны деньги большие. Нас мало осталось. Нужно внимание, доброе слово. Это дороже всего. А наши руководители это никак понять не могут. Сто тысяч не надо. Доброе слово скажите, вспомните о нас! Недавно еду я в маршрутке от Перекальского до Куряночки. Подъезжаю к остановке, достаю 10 рублей, иду через салон платить. (А я ехал со встречи: в пиджаке и награды были надеты.) Подаю водителю десятку, а он денег не взял, говорит мне: «Спасибо вам большое. Вы давно за всё заплатили». Для меня это дороже было, чем если бы он мне дал 10 тысяч.

Когда мне исполнилось 85 лет, в дверь позвонили: открываю, там стоят две девочки. Вы знаете, я хотел даже перед ними на колени встать: они пришли поздравить меня. Вот это нам нужно!

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)
Loading...

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах
Роскачество