aif.ru counter
14.01.2013 11:17
Николай БОРИСОВ
1380

Нужна ли в СМИ цензура?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 1. АиФ-Черноземье 09/01/2013

Воронеж, 14 января – АиФ-Черноземье

В последнее время многие российские журналисты – и воронежские в том числе - на своём «пере» ощутили, что пришла пора закручивания гаек. Этот болезненный процесс коснулся и газет, и радио, и телевидения, а сейчас он активно охватил Интернет. 

В канун Дня российской печати о пути, по которому движутся средства массовой информации, мы говорим с Романом Жолудем, доцентом факультета журналистики ВГУ.

Хотели как лучше

АиФ: – Роман, в 2012 году Госдума приняла рекордное количество законодательных актов, касающихся ограничения свободы выражения мнения и распространения информации. Как, по-вашему, была ли в том необходимость? 

Р.Ж.: – Это была очень топорная и бессмысленная работа. Во-первых, большинство принятых законов на практике работать не будет. Хотя бы потому, что все желающие чисто технически их смогут обойти. Во-вторых, эти законы лишь усложнили жизнь добропорядочным людям и организациям, которые ничего не нарушали и не собирались нарушать. 

Могу привести в качестве примера закон о создании «чёрного списка» сайтов. Он продавливался очень активно. Один из его авторов – депутат от «Справедливой России» Елена Мизулина. Она, доктор юридических наук и специалист по уголовному процессу, взялась регулировать Интернет. В ходе обсуждения эксперты крупнейших телекоммуникационных компаний, Yandex, Mail.ru и Google, говорили, что закон будет неэффективным. Но депутат кричала, что против её инициативы выступает только педофильское лобби, и закон этот надо принять во что бы то ни стало, дабы защитить детей. 

И что в результате? Закону уже месяц, но царит полная неразбериха, потому что механизм, который он предусматривает, блокирует не только сайты, на которых находится запрещённая информация, но и другие, вполне добропорядочные. При этом наркоманские и педофильские сайты спокойно меняют адреса и переезжают на новые домены.

Роскомнадзор, на который возложили отслеживание вредоносных сайтов, плачется, что у него нет на это ни людей, ни средств. То есть, миссию придумать - придумали, а денег не выделили. Выходит, что наши законодатели из-за безграмотности и невнимания к мнениям экспертов создают законы, которые, если не разрушают отрасль, то очень сильно тормозят её развитие.

АиФ: – Закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», который заставляет повсеместно указывать возрастные ограничения, тоже вызывает вопросы. Уже анекдотом стал прецедент, когда мультфильму «Ну, погоди!» присвоили категорию «18+»…

Р.Ж.: – Ситуация с «Ну, погоди!», действительно, сатирическая. На самом деле этот мультфильм никто не запрещал, просто, исходя из содержащихся в законе ограничений, его действительно нельзя смотреть детям. Кстати, это ещё один закон, который создала депутат Мизулина. И он тоже не работает. Все промаркировали себя значками «16+», «18+», и на этом всё закончилось. А кого и от чего защищают эти значки, непонятно. 

Кстати, в некотором смысле данный закон был скопирован с американского. Но проблема в том, что для контроля над его соблюдением в Америке существуют десятки организаций, общественных и государственных. И они действительно отслеживают, насколько дети имеют доступ к такого рода информации. У нас же, кроме введения формальных ограничений, ничего не произошло. Мы просто оказались не готовы. Это как с ПДД: если водители не готовы соблюдать правила дорожного движения, реагировать на знаки, то можно поставить хоть пятьсот знаков, но толку не будет.

Да и сама по себе идея какого-то разграничения очень условна. Буквально на днях я читал российский «Forbes», и там приводился в пример американский опыт. В американском списке одну и ту же маркировку имеют фильмы Бертолуччи и, скажем, «Эммануэль», хотя понятно, что культурная ценность этих картин различна.

Какое общество - такая и пресса

АиФ: – А есть ли положительный эффект от цензуры?

Р.Ж.: – Сразу оговорюсь, сейчас термином «цензура» обозначают любое ограничение распространения информации, а это неправильно. Информация действительно может приносить вред. И регулирование всё же должно быть: та же советская практика с пометкой в кинотеатрах «детям до 16» имела смысл. Но, прежде всего, это должны быть реально работающие механизмы. Сесть и написать, даже из самых лучших побуждений, закон, который не будет действовать, мало. Здесь нужно не просто копировать, а изучать опыт тех же Соединённых Штатов, и не только положительный, но и отрицательный. Другое дело – насколько далеко это регулирование может заходить. 

Показательный случай произошёл в позапрошлом году в Великобритании: одна из газет попалась на прослушивании телефонных разговоров. Сразу же завели уголовные дела, газету закрыли, а редактора уволили. И после этих событий несколько организаций обратились в правительство Соединённого Королевства с предложением разработать способы регулирования СМИ. Интересно, что премьер-министр Кэмерон отверг это предложение, поскольку не видел в нём никакого смысла. Ведь на случай, если СМИ нарушают закон, есть обычный механизм, предусматривающий вмешательство полиции и суд. А если нарушений нет, то СМИ должны работать сами по себе. Мне кажется, это наиболее взвешенная позиция.

Регулировать СМИ и Интернет нужно, но, по моему мнению, это в первую очередь должны делать не государственные органы, так как у них есть только один способ регулирования – репрессивный. Это должны делать общественные силы и сами журналисты. А вот если речь идёт о нарушении закона, тогда стоит подключать государство. Иначе у нас никогда не будет нормальной журналистики. 

АиФ: – Сразу напрашивается вопрос: почему в России всё идёт «как всегда»?

Р.Ж.: – Перефразировав одно известное изречение, скажу: «Каждый народ имеет ту журналистику, которую заслуживает». Потому что журналистов не завозят с другой планеты и не в тайных инкубаторах выращивают. Это те же самые люди, которые росли вместе с другими, редакции – это те же самые предприятия, которые испытывают точно такое же давление и влияние со стороны других социальных институтов. И не может быть такого, что кругом у нас, условно говоря, коррупция, обман и манипуляции, а журналистика – белая и пушистая. 

Можно посмотреть на другие страны. Если взять скандинавскую журналистику, у неё очень высок уровень социальной ответственности. Но это не потому, что, скажем, шведские журналисты какие-то особенные, а просто потому, что таково шведское общество. Скандинавы не любят скандалов именно в «жёлтом» понимании, не любят копания в грязном белье, влезания в частную жизнь. И у них, соответственно, такая же журналистика. Если же посмотреть на Великобританию, то там ситуация другая. И неудивительно – британское общество более противоречиво. А теперь взгляните на нашу страну, и здесь сразу всё станет понятно. 

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)
Loading...

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах
Роскачество