232

Что посеем? Удастся ли стране возродить своё семеноводство

Сейчас отечественные производители выигрывают конкуренцию лишь по озимой пшенице.
Сейчас отечественные производители выигрывают конкуренцию лишь по озимой пшенице. АиФ

Несмотря на десятилетия хронического недофинансирования, в Воронежской области сохранились уникальные селекционные центры, которые продолжают работать. Но удастся ли в полной мере восстановить семеноводческую отрасль и выиграть конкуренцию с западными транснациональными корпорациями?

Доллары и копейки

Если когда-то страна полностью обеспечивала себя семенами, то сегодня отечественные производители уверенно выигрывают конкуренцию лишь по озимой пшенице. Дело в том, что за рубежом никак не могут создать семена, способные выдержать наши морозы и засухи, и соперничать с сортами знаменитого института им. Докучаева в Каменной Степи. Кроме того, воронежские поля по-прежнему засевают местными сортами гречихи и проса.

Зато Запад уже теснит отечественное семеноводство по ячменю. По кукурузе и подсолнечнику российским семеноводам удалось сохранить за собой лишь около половины рынка, а зависимость по свёкле и вовсе стала повсеместной. По оценкам специалистов, каждый год в обмен на семена этой культуры из страны вывозится 10 млрд рублей. Но всё это покажется копейками, если Запад наложит санкции на ввоз семян: тогда придётся тратить по 100 млрд руб. на покупку сахара. И такая ситуация вполне реальна.

– Транснациональные корпорации «Монсанто» и «Сингента» тратят на селекцию больше 2 млн долларов в день. У наших селекционеров даже столько копеек не наберётся, – говорит Владимир Шевченко, завкафедрой селекции и семеноводства Воронежского агроуниверситета.

Неудивительно, что в отечественных селекционных центрах работают специалисты предпенсионного и пенсионного возраста, а материально– техническая база полностью изношена. Разумеется, о высоком качестве семян говорить не приходится.

У воронежских селекционеров и семеноводов нет ни навыков, ни средств для продвижения своей продукции. Между тем, западные производители не стесняются в методах интервенции на российский рынок – привлекают руководителей хозяйств скидками и дружескими жестами вроде путешествий на Бали или в Майами.

Не отработаны и правовые отношения между селекционными центрами, семеноводческими хозяйствами и товарными производителям. Если на Западе авторы новых сортов сразу становятся миллионерами, то у нас продолжают влачить жалкое существование, уповая на господдержку.

А ведь, по мнению многих экспертов, по своему генетическому потенциалу российские сорта ничем не уступают иностранным. Но западное семеноводство оказалось на коне благодаря высоким технологиям выращивания и подготовки семян –  их точной калибровке и защитной оболочке, насыщенной микроэлементами, стимуляторами роста, эффективными средствами защиты от болезней и вредителей.

Размахнулись на 50%

В советское время в Воронежской области семенами сахарной свёклы занимались 22 предприятия с современной техникой и высококлассными специалистами. В 90-е гг. хозяйства потеряли поля, безнадёжно устарели технологии и производство. В результате, сегодня в области сеют всего 4% отечественных семян. А ведь область занимает второе место в стране по производству сахара: в прошлом году, например, было выпущено 673 тыс. т продукта.

Между тем, на Воронежскую область сегодня без преувеличения смотрит вся страна: в Рамонском районе продолжает действовать уникальный НИИ сахарной свёклы и сахара им. А. Л. Мазлумова. Когда– то каждый четвёртый стакан чая в Советском Союзе выпивали с сахаром из сортов, разработанных в НИИСС. К сожалению, в постсоветские годы госфинансирования институту хватало лишь на зарплату и коммунальные платежи.

А ведь у российских гибридов есть свои сильные стороны. Так, по мнению специалистов, рамонские сорта более устойчивы к болезням и обладают лучшей лёжкостью. Ведь на Западе это свойство свёкле не нужно: её перерабатывают за 50 дней, а не с сентября по март, как у нас.

Кроме того, пять лет назад в том же Рамонском районе заработал современный завод по предпосевной подготовке семян. Каждое семечко здесь заключают в защитную оболочку –  драже.

Неудивительно, что Воронежская область –  первый регион, где была принята программа по развитию семеноводства сахарной свёклы. В 2015 г. и вовсе поставили амбициозную задачу: к 2020 г. закрыть местными семенами 50% потребности региона. Для этого планируется субсидировать покупку техники и оросительных систем, строительство современных корне­хранилищ.

Рыночные условия благоприятны, как никогда: из– за падения рубля отечественные семена сейчас стали в полтора– два раза дешевле импортных. И Минсельхоз уже дал указание другим регионам разработать программы по примеру воронежской. Кроме того, идёт подготовка федеральной программы. Правда, веру в серьёзность селекционных намерений министерства подорвал скандал вокруг земель академии им. Тимирязева, которые чуть было не отдали под строительство очередного высотного микрорайона.

Ставка на НИИ

Как отмечают специалисты, развитая селекция –  самый быстрый способ повысить производительность в сельском хозяйстве, ведь новый сорт может увеличить урожайность на 30– 40%.

– Чтобы оживить семеноводство, необходимо максимально поддержать селекционные центры, – считает Владимир Шевченко. –  По зерновым –  это Каменная Степь, где институт им. Докучаева разработал около 100 сортов и ещё пытается создавать новые. По кукурузе –  Всероссийский НИИ кукурузы в Пятигорске, по свёкле –  институт им. Мазлумова.

Кроме того, по мнению эксперта, важно не допускать продажу некачественных семян и, конечно, перевести на новый технический и технологический уровень семеноводческие хозяйства. При этом особая роль в возрождении единой системы селекции и семеноводства должна принадлежать отраслевым союзам, которые помогут сообща отстаивать интересы в органах власти.

Как бы то ни было, специалисты сходятся в одном: в ближайшие годы нужно переломить ситуацию. Без собственного семеноводства наша продовольственная независимость –  колосс на глиняных ногах.

Историческая справка
В начале XX века европейские учёные-почвоведы стали массово изучать русский язык. С одной и той же целью: читать работы Василия Докучаева. В этом году великому русскому учёному исполняется 170 лет. Именно его Особая экспедиция положила начало знаменитому НИИ в Каменной Степи. На территории нынешнего Таловского района Воронежской области были воплощены идеи и методы сохранения чернозёмов. В 1892-1898 гг. экспедиция изу­чала почвы, геологическое строение территории, водный режим, растительный и животный миры. Была создана метеорологическая станция, посажены первые восемь лесных полос, закреплялись овраги, строились пруды. В результате разрушенная распашкой степь, страдавшая от суховеев, превратилась в цветущий край. В 1899 году на базе заложенных лесных полос было организовано Каменно-Степное опытное лесничество. С 1911 года начала работать Каменно-Степная опытная станция им. В. В. Докучаева. А в 1932 году был организован Центрально-Чернозёмный селекционный центр, положивший начало многим отечественным сортам зерновых, бобовых, крупяных культур. Учёные Воронежского агроуниверситета выступили с инициативой сделать 2016 г. Годом Докучаева.

На страх и риск

Юрий Попов, консультант по картофелю, лауреат премии «Аграрная элита России»:

–  Была федеральная программа по созданию базовых хозяйств в регионах, которые бы выращивали районированный картофель на семена. К сожалению, всё так и осталось на уровне разговоров. Но если мы в ближайшее время этого не сделаем, то попадём в полную зависимость от Запада. К тому же качество семенного материала из– за границы снижается. Голландцы дискредитировали себя: пользуясь ажиотажем, они начали поставлять некачественные семена. Многие теперь начинают работать с немцами.

Ставропольские производители, институт им. Лорха в Москве сегодня пытаются создать качественные отечественные сорта. Но упор делается на ранние сорта, которые очень подвержены фитофторозу и другим болезням. Можно и выиграть, и по– крупному проиграть. Не обработал от фитофторы –  у тебя вообще урожая не будет.

На Западе на семеноводство выделяются очень большие деньги. Выведение одного сорта стоит от 3 до 5 млн евро. Поэтому фирмы могут позволить себе четыре– пять лет разрабатывать один сорт. У нас на это не выделяется ничего, и люди занимаются семеноводством на свой страх и риск.

На рыночных принципах

Игорь Апасов, директор НИИСС им. А. Л. Мазлумова:

–  Конечно, возрождать систему семеноводства, которая была в советские годы, нет смысла, она будет нежизнеспособна. Речь идёт о том, чтобы выстроить отрасль по абсолютно новым технологиям и производить семена– конкуренты зарубежным аналогам. Только тогда мы сможем сочетать рыночные принципы и экономические способы регулирования.

По сравнению с тем, что было в советские годы, нам уже не нужно таких больших площадей. Зато нужны высокая энерговооружённость и техническая обеспеченность хозяйств, которые будут заниматься семеноводством.

В масштабах одной области эту работу начали. Думаю, что в ближайшее время к нам присоединятся и другие регионы. И непреодолимых преград нет.

Я не знаю, почему сложилось такое мнение, что у нас нет конкурентоспособных гибридов. Ведь вопрос о конкурентоспособности –  достаточно спорный. Могут быть гибриды высокоурожайные, но низкосахаристые, или нормальные по сахаристости, но неустойчивые к болезням. В этом году был испытан новый гибрид рамонской селекции,  который показал урожайность от 530 до 920 ц с га при средней сахаристости 18,5%. Больше 40 иностранных аналогов уступили ему по всем показателям.

Другое дело, что у нас совершенно не отлажено промышленное семеноводство. Им занимаются фермеры, отдельные хозяйства. Основной объём семян мы получаем по старым технологиям. А на современные технологии сегодня сделали ставку всего четыре хозяйства в России.

Нам нужен результат

Юрий Трещевский, доктор экономических наук:

–  Если засевать поля своими семенами, мы опять уйдём на 20 ц с га и ручной труд на свекольных плантациях. Но нужно не просто покупать импортные семена, а завозить их в семеноводческие хозяйства, которые будут их исследовать. Если технологию нельзя скопировать точно, можно освоить хотя бы её часть и доработать. Ведь качество достигается не обязательно одной конкретной технологией –  их могут быть десятки. «Тойота» и «Даймлер– Бенц» работают по– разному. Но и те, и другие делают замечательные машины.

Запатентована технология или нет –  другой вопрос. Можно её изменить? Хорошо. Нельзя? Используйте так. И пусть возмущаются –  нам нужен результат. И так в любых сферах. Если за рубежом не будут покупать нашу продукцию, мы будем её использовать у себя. Так, как делают китайцы. И ничего: живут, развиваются.

Проблем хватает

Виктор Турусов, директор НИИ им. В.В. Докучаева, член– коррес­пондент РАН:

–  Отрадно, что в Воронежской области сохранилась система семеноводства, и отечественные сорта зерновых и зернобобовых культур занимают всё больше места на полях региона. Ведь среди иностранных сортов нет таких, которые могли бы сравниться с нашими по зимостойкости, жаровыносливости, засухоустойчивости и т. д.

В нашем институте мы ведём селекцию по девяти культурам, продаём семена в семхозы и в опытно– производственные хозяйства, где производится элита и суперэлита зерновых, зернобобовых и крупяных культур. Схема, вроде бы, отлажена. Но проблема в том, что материально– техническая база и в самих институтах, и в семхозах, к сожалению, устарела. Вторая проблема: семена нужно выращивать на полях, где нет дефицита хотя бы основных микроэлементов –  азота, фосфора и калия. Сейчас это становится главным требованием семеноводства. Поэтому удобрения должны поставляться в семеноводческие хозяйства на льготных условиях.

Есть и чисто финансовые сложности. Например, мы в институте производим ежегодно тысячу тонн оригинальных семян высшего класса, однако практически не получаем дотаций. А ещё семхозы испытывают нехватку кадров –  агрономов, хороших технологов. Ведь семеноводство –  специфическая, тонкая работа, которая под силу только высококвалифицированным специалистам.

К счастью, в нашей области эти проблемы постепенно начали решаться благодаря конструктивной позиции департамента АПК, но до идеала ещё далеко.

Главное – отчитаться

Николай Паринов, гендиректор хозяйства «Новонадеждинское»:

–  К счастью, в области занимаются семенами – и неплохо. Другой разговор, что сегодня никому не нужно высококачественное зерно. Основной его потребитель –  хлебопекарная промышленность, а она сейчас очень хорошо приспособилась: берут фуражное зерно и добавляют всякую химию. Если себестоимость зерна высокого качества 8 руб. за 1 кг, то продать надо хотя бы за 10. А зачем им покупать за 10 руб., когда они могут купить за 5– 6?

Сегодня образовались мощные зерновые хозяйства, которые имеют много земли. У них внутреннее подсобное семеноводство. Насколько успешное –  судить не могу. Раньше была система семеноводства, которая жёстко контролировалась. А сегодня всё пущено на самотёк.

Кроме того, много фальсификата, который сбивает цены. Ну, допустим, семена ячменя или озимой пшеницы стоят 15 руб., а запускают по 10-12 руб. и тоже называют элитой. Хозяйства берут и очень выгадывают –  за покупку элиты идут дотации. Но ведь никакой элиты там нет. Но главное –  посеять и отчитаться. Поднимать статус качественного зерна нужно с качества хлеба. А скоро хлеб будет просто несъедобным.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах