aif.ru counter
217

Неравная борьба с коррупцией. Что заставляет нас не жаловаться на взятки?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 43. АиФ-Черноземье 26/10/2016

Наблюдениями делились Вадим Поршнев, заместитель начальника оперативно-розыскной части собственной безопасности ГУ МВД, Олег Алтухов и Алексей Машин, представители управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД, и Пётр Волынец, старший инспектор отделения по профилактике коррупционных и иных правонарушений управления по работе с личным составом ГУ МВД.

Где заявления?

- Чиновники любят рассуждать о борьбе с коррупцией. А часто ли они обращаются в органы, чтобы сообщить о таких преступлениях?

Алексей Машин: На сегодня почти нет обращений от сотрудников областного правительства, районных и сельских администраций. Хотя неоднократно проводились координационные совещания по борьбе с коррупцией в различных департаментах.

Вадим Поршнев: У всех гос­органов такое мнение, что бороться с коррупцией должны только правоохранители. Хотя в администрациях есть целые департаменты, которые занимаются распределением бюджетных средств. Но необходимости антикоррупционного контроля своих сотрудников там не видят.

Алексей Машин: Всю работу мы ведём по своей инициативе: получена оперативная информация - проводим оперативно-розыскные мероприятия, документируем, задерживаем, возбуждаем уголовные дела.

Вадим Поршнев: Больше того, есть примеры, когда руководители администраций не хотят писать заявления на подчинённых. Не будем делать далекоидущих выводов, но сам факт навевает мысли, что такие руководители могут быть и сами коррупционно заинтересованы.

- Возможно, чиновники боятся давления со стороны коллег и начальства, не верят, что правоохранители их защитят?

Пётр Волынец: Это в большей степени вопрос менталитета. Чиновники стараются не выносить сор из избы.

Вадим Поршнев: Есть народное мнение о том, что правды не добьёшься, что все вопросы решаются взятками. Люди воспринимают коррупцию как должное. А ведь что такое коррупция? Это всегда два человека: один даёт взятку, другой - получает. При этом у нас любят жаловаться на кухне: гаишники, врачи, преподаватели меня обобрали! Но почему никто не пишет заявления?! Взяткодатель освобождается от ответственности, только если заявил, что у него вымогалась взятка. Но в большей части случаев тем же гаишникам взятку предлагают сами водители. Хотя, конечно, под лежачий камень вода не течёт: инспекторы ДПС должны уведомлять о фактах коррупционных предложений. Они это делают, но, к сожалению, совсем не активно.

Пётр Волынец: В этом году 83 сотрудника уведомили о попытках подкупа. И в 13 случаях взяткодатели были привлечены к уголовной ответственности. Конечно, это мало.

Вадим Поршнев: К тому же заявляют о небольших взятках - 3-5 тыс. рублей. Таких, кто отказывается от 50-100 тыс., немного. Вот, в прошлом году был случай: инспектор ДПС выявил факт перевозки 100 кг героина. Ему предлагали суммы в сотни тысяч рублей, дошли до миллиона. Но он отказался.

Закон предписывает госслужащим сообщать и о коррупции со стороны коллег. Но в гражданских структурах такой практики нет. А в полиции мы жёстко за это спрашиваем. Например, в ГИБДД уходят на «гражданку» целые экипажи: один получал, другой не сообщил. Другой вопрос, что следственный комитет иногда отказывает в возбуждении уголовного дела, суды относятся достаточно лояльно. Есть проблемы с документированием: многие пытаются сбежать, выбросить деньги. После президентского указа о борьбе с коррупцией стало гораздо труднее работать. Количество привлечённых к уголовной ответственности сокращается. И не из-за того, что таких фактов стало меньше, а из-за трудностей с доказыванием. К тому же теперь взятка до 10 тыс. руб. - нетяжкое преступление. В этом случае мы не имеем права проводить ряд оперативно-розыскных мероприятий, например, следственный эксперимент.

Кого боятся?

- Может ли госслужащий, сообщивший о взятке, рассчитывать на защиту от мести начальства или коллег?

Пётр Волынец: Сотрудник, уведомивший о факте коррупции, в течение года подлежит госзащите. В случае любого дисциплинарного проступка с его стороны собирается комиссия с участием прокурора, которая решает, не является ли это местью. Коррупционер силён, пока он у власти. Как показывает практика, лишившись своих полномочий, он становится уязвимым и неопасным для свидетелей и других участников процесса. Современное законодательство позволяет увольнять таких опорочивших себя и власть чиновников в связи с утратой доверия, не дожидаясь решений по уголовному делу.

- А как защищены предприниматели, рассказавшие о вымогательстве?

Алексей Машин: Общеизвестно, что основная масса юридических лиц и предпринимателей допускает мелкие нарушения. Чиновники могут не замечать эти нарушения, а могут, наоборот, использовать их для давления. Так, например, может применяться приостановление, аннулирование лицензии, расторжение договоров инвестирования, аренды государственной недвижимости, земельных участков, отказ в согласовании разрешительной документации, блокировка счетов и т. д. Практически любая из этих санкций означает крах бизнеса. Поэтому предприниматели инстинктивно принимают решение дать взятку, а не обращаются в правоохранительные органы.

Конечно, мы не бросаем граждан. Используем разные методы, например, отстраняем чиновников от должности на период расследования, предостерегаем от воспрепятствования предпринимательской деятельности. Обвиняемые в тяжких и особо тяжких коррупционных преступлениях могут быть заключены под стражу. Но чтобы исключить факты давления, должен быть разработан механизм экономической бе­зопасности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Отчего беспорядок в ЖКХ?

- Нарушения в ЖКХ - одна из самых болезненных тем. В каких случаях гражданам стоит обращаться в полицию?

Олег Алтухов: Граждане могут обращаться по любым фактам. Но часто мы направляем заявления в уполномоченный орган. В основном это Госжилинспекция, которая контролирует соблюдение жилищного кодекса. В случае двойных квитанций можно усмотреть самоуправство, но без решения суда состава преступления не будет. Мы проводим проверку по всем фактам, но по большей части отказываем в возбуждении уголовного дела.

Часто обращения связаны с работой управляющих компаний. Это коммерческие организации и средства, поступающие на расчётный счёт УК, - её собственность. Получается, если руководитель УК потратил деньги по своему усмотрению, он должен написать заявление сам на себя. Это правовой нигилизм, пробел в законодательстве. Мы через наше министерство обращались на федеральный уровень, сейчас вопрос выносится на рассмотрение Госдумы. А вот в ТСЖ всё общее, и каждая копейка, потраченная не туда, может быть вменена председателю как хищение. Поэтому мы рекомендуем создавать ТСЖ - это более прозрачный способ управления.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)
Loading...

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах
Роскачество