aif.ru counter
441

Небесные ласточки. Парашютный спорт в Воронеже продвигают женщины

Пять рекордов Черноземья установили девушки.
Пять рекордов Черноземья установили девушки. © / Виктор Купинский / Из личного архива

Об этом и о многом другом  мы поговорили с Галиной Бойковой, воронежской парашютисткой-рекордсменкой, с которой мы встретились 26 июля, в День парашютиста.

Фото: Виктор Купинский

За свой счёт

Наталья Сычева, «АиФ-Черноземье»: Сборная команда Черноземья уже установила несколько региональных рекордов по воздушной групповой акробатике. С какими сложностями вы столкнулись при подготовке?

- Воздушная групповая акробатика, именно женская формация, когда девушки выполняют определённую фигуру в воздухе, непростое дело. И всё у нас держится на энтузиазме. Не было распоряжений сверху, мы сами собрали в команду девушек из Белгорода, Воронежа, Липецка и Тамбова.  Наняли тренера и занимаемся. У нас уже пять зафиксированных рекордов Черноземья.

В октябре прошлого года мы собрали 14 человек в одной фигуре. Могли бы и больше, но не хватило финансов. А начинали в 2012 с 9 человек. В 2014-м было уже 12 девушек. В одном прыжке мы построили четыре разные фигуры. Это другой класс акробатики, технически гораздо более сложный. Сейчас хочется собрать в одной фигуре 20 человек, такого в Черноземье ещё не было. Но, конечно, остро стоит вопрос денег.

- Спортсмены прыгают за свой счёт?

- Да, чтобы прыгать, многие работают в двух-трёх местах. Такого, чтобы парашютисту платили зарплату, у нас нет и, скорей всего, никогда не будет. Эти люди в повседневной жизни также пашут по 8 часов – кто в банке, кто на стройке. И это те, кто может позволить себе прыжок.

Подъём для спортсмена на региональных аэродромах стоит от 1тыс. до 1 тыс. 100 рублей. Плюс к этому аренда парашютной системы, либо её покупка. В среднем, парашют стоит как неплохая машина – в районе 500 тыс. рублей. Можно, конечно, подержанный собрать, примерно за 150 тысяч. Но здесь вопрос безопасности. Есть жёсткие регламенты по срокам эксплуатации и качеству, что-то нужно периодически менять. Допустим, совершил 400 прыжков и меняешь стропы. Если 600-700 прыжков – то и основной купол уже не годится. Плюс ещё личные какие-то предпочтения. Кто-то меняет купол каждый год, кто-то прыгает на нём 20 лет и пылинки сдувает. Я, например, собирала свою систему три года и тоже бережно к ней отношусь.

Фото: Виктор Купинский

Мне бы в небо

- Какие прыжки были самыми запоминающимися?

-  До спортивных – все 29 прыжков классической программы подготовки запомнились. Естественно, запомнились и рекорды. Первая фигура давалась очень тяжело. Никак не могли зафиксировать захват, что-то не получалось, была жуткая нервотрёпка. Понравился полёт в вингсьюте - это костюм-крыло. Ты как бы зависаешь в падении и времени практически в два раза больше, можно пейзаж рассмотреть.

Прыжки, которые другим людям запомнились, больше для забавы были. В костюме ведьмы на Хэллоуин, потом с лентами, до этого – с балалайкой и т.д. С мётлами мы с девочками несколько раз прыгали, изображали ведьм. А с тыквой-фонариком в руках на Хэллоуин всего один раз. Мы из этой же тыквы, кстати, ещё и кашу приготовили. Сложнее было с балалайкой, которую я сначала держала в руках, а когда открылся парашют, зажимала между ног, всё-таки инструмент, и его надо было вернуть. 

- В интернете, конечно, больше всего обсуждали ваш прыжок нагишом, вы тогда сказали, что к проблеме можно привлечь внимание только экстраординарными способами. Удалось?

- Внимание, конечно, привлекли (улыбается Ред.). Много чего тогда говорили. Кто-то посмеялся и сказал: «Действительно, у нас спорт в таком плачевном состоянии, что девчонкам нечего носить». А кто-то занялся морализаторством. Но с моей стороны это был только протест и крик о помощи. Сегодня,  на самом деле, к проблеме финансирования можно привлечь внимание только нестандартным способом. Нам за все годы помогли деньгами только один раз, причём, женщина не связанная с парашютным спортом. А после моего прыжка был большой общественный резонанс и с нами хотя бы встретились люди из структур, которые поддерживают спорт. Денег не дали, но узнали о наших проблемах. В этом году мы, кстати, пошли по стандартному пути, подали документы в Управление спорта, но нам уже намекнули, что денег не будет.

- Может быть, это потому, что экстремальный спорт у нас считается развлечением?

- Да, причём даже те виды, которые по всему миру признаны, у нас не котируются как спорт. Мы общаемся с ребятами, которые занимаются роуп-джампингом (прыжки на верёвке с высокого объекта - Ред.). Все вокруг говорят, что это чисто прикол. Но если посмотреть под другим углом, станет понятно, что там люди частично овладевают навыками промышленного альпинизма. Плюс физическое воспитание, развитие вестибулярного аппарата, какие-то акробатические трюки и прочее. И это лучше, чем вечерами пить пиво на лавочках и ничего не делать. Но официально это не признанный вид спорта, а иногда за него можно даже попасть в полицию.

С парашютом, конечно, проще. В Советском Союзе  во всех регионах действовало ДОСААФ, что частично здравствует и поныне. Там как бы в качестве прикладной дисциплины или подготовки к армии мальчишкам можно было прыгать с парашютом с 15 лет. Хотя, когда говорят, что парашютисты могут тренироваться на аэродромах ДОСААФ, становится смешно. Потому что маленькие самолёты человек на двенадцать, которые поднимаются на 1,5 тыс. метров, не предназначены для нас. Спортсмены прыгают с 4 тыс. по 15-20, а то и по 100 человек. К тому же экстремального в современном парашютном спорте, как такового, не осталось. Если делать всё по правилам, то это безопасно. Отказа техники почти не случается.

Досье
Галина Бойкова родилась в Новороссийске в 1986 г. Окончила ВИВТ по специальности информационные технологии. Совершила 684 прыжка с парашютом.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах