aif.ru counter
94

Театр - как колеса поезда. Актёры - это люди «с небольшим прибабахом»?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 46. АиФ-Тамбов 16/11/2016

Стихи с выражением

- Михаил Павлович, на ваш взгляд, быть актёром - это судьба?

- Актёр - это профессия, хотя многие однозначно ответят, что актёры - это, с позволения сказать, люди с небольшим прибабахом. Они добровольно живут в замкнутом пространстве, ходят по сцене и произносят написанные для них чужие слова. В свое время я начал писать небольшие рассказы, автобиографические заметки. Почему? Тут точнее не скажешь, чем Сент-Экзюпери: «Когда что-то сломалось в моторе моего самолёта». У меня это «что-то» попросилось «выйти на бумагу» через моё сердце, голос. Оказалось, что как писатель я могу это сделать, а вот как актёр, увы, нет.

- Сколько вам было лет, когда определились с профессией?

- Это произошло во многом бессознательно. Моя семья жила в послевоенном Ленинграде, пять человек в 9-метровой комнате. Так что читать, играть, делать уроки было некогда и негде. Сейчас смотрю, когда первоклашки сидят каждый день до часу ночи и что-то учат, не понимаю, почему? Я повторял уроки на перемене - память молодая, хорошая, и этого было достаточно. Помню, что красиво декларировал стихи из букваря про Свету (тогда не знал, что это про дочь Сталина Аллилуеву) и читал наизусть с таким выражением, что перевели во второй класс, хотя я отставал по русскому языку. В школе мне всегда нравилось выходить к доске, на сцену и читать стихи. Так всё началось. Я хотел только служить - или актёром, или офицером. Офицер из меня не вышел.

- Вы снимались в художественных фильмах, выступали на крупных сценах. Изначально задумывали стать актёром с «большой буквы»?

- Глупости. Для меня нет понятия «звёздной болезни». Мне также далеко до звёзд, как им - до меня. Мне ни разу не приходило в голову любоваться собой, сильно переживать, что кому-то, а не мне, достаются главные роли. Ты просто выполняешь свою работу, это предназначение, раз таким родился.

Социальный герой не нужен?

- Можете охарактеризовать одним словом: что самое страшное в театре?

- Бездействие.

- А цензура? Недавно Константин Райкин в одном из выступлений говорил об этом.

- Цензура - не моё дело. Мне как актёру она никогда не мешала. И в советские годы мы ставили острые, проблемные спектакли, например «Саркофаг», показывали в Москве. Сейчас важнее не цензура, а полное отсутствие драматургии. Ничего нет. Видимо, не о чем стало писать. И это объяснимо: порой трудно понять, где мы живём. Если включить телевизор, посмотреть ток-шоу или политические передачи - да это же полный бред! Одни и те же лица каждый день спорят об одном и том же, перебивая, не уважая друг друга. Хотя вот здесь и нужна если не цензура, то просто какая-то редакционная политика.

- Многие актеры переживают, что не смогли сыграть свою главную роль или им что-то не предложили, не повезло.

- Желать можно многого. Может быть, я в душе Отелло, или Сирано де Бержерак - какая разница? Я актер, а значит должен хорошо играть ту роль, которую предлагает режиссёр-постановщик. В театре есть условное разделение, у каждого свое амплуа. Один актер - «герой-любовник», другой - «светский мерзавец», третий еще кто-то, я - «социальный герой». Это персонаж, который всё время борется с неправдой. Сегодня, к сожалению, он почти не востребован.

- Как вы думаете, а среди политиков есть прирождённые актеры?

- Вряд ли. Кто рождён актером, тот и погибает на сцене. В театр попадают так же, как и под колеса поезда, и если ты настоящий актёр, то уже не выбраться. Театр вообще не для слабых, потому что почти всегда живешь не своей жизнью. Иногда думаешь, актёры - это вообще нормальные люди? Как я могу быть «нормальным», если сыграл 150 ролей, и каждая из них осталась во мне?

- Так недолго «уйти глубоко в роль»...

- Нет, актёрство не предполагает идиотизма. Хотя двинуться умом можно, если вдруг почувствуешь себя «великим».

Встречайте Сталина!

- Около полувека вы уже на сцене. Как изменился зритель?

- Если сравнить советские времена и нынешние, конечно, публика изменилась. Раньше школьников и студентов «сгоняли» на спектакли. Сейчас мне нравится, что театр стал «моден» среди молодёжи. Да и новое поколение мне импонирует: молодые люди понимают, для того, чтобы чего-то добиться в жизни, надо учиться, стремиться.

- Одна из ваших известных ролей - Сталин в спектакле «Дети Арбата». Нелегко было играть «вождя народов»?

- Роль предлагали другим актёрам, и все отказались, причём за пять репетиций до выхода спектакля вдруг заявили: «Нет, мы не будем играть тирана, нам противно». Я тоже сначала говорил: «Какой я Сталин, я же не похож». Но костюм был готов, я загримировался, вышел в театральный двор, постучался в ближайшее окно. Подумал, если не узнают историческую личность, значит, не подхожу. Когда же меня увидели - люди чуть не упали в обморок, и только потом сказали: «Мишка, ты что делаешь, дурак!» Видимо, оказался похож.

- Страшно играть Сталина?

- Да, чувствуешь, что куда-то не туда рванул. Зритель должен увидеть в тебе Сталина. Я, конечно, готовился, слушал его речи на пластинках. На самом деле он говорил очень быстро, повторить - сложно. Когда я в первый раз вышел, меня тяжело принял зритель. Раньше вставали, кричали, аплодировали, а здесь - молчание. Из зала я лишь единожды услышал одиночное: «Браво!»

- А почему так, как думаете?

- Мне кажется, люди боялись. Наверное, боялись самих себя.

- На ваш взгляд, что самое важное в жизни?

- Прожить честно перед людьми. Я благодарен всем, кого мне приходилось встретить, с кем дружить, общаться. И, конечно же, главную роль в жизни любого человека и особенно актёра играет женщина. В этом смысле мне очень повезло. Мою жену зовут Вера. Когда рядом есть по-настоящему близкий человек, это самое ценное. Ради этого стоит жить, работать, идти дальше. Даже несмотря на годы и здоровье, покорять новые вершины.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)
Loading...

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах
Роскачество