160

Кому нужны чужие дети?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 9. АиФ-Черноземье 27/02/2013

Воронеж, 5 марта – АиФ-Черноземье

«Соседи считают меня сумасшедшей!» – смеётся Лидия Проценко, мать 7 родных и 10 приёмных ребят.

Что ж, такова сегодняшняя жизнь: нормальное считается ненормальным, и наоборот. Как, например, взять на воспитание сироту. Тем более не одного, а сразу десять. Тут и палец у виска, и подозрительность в вопросе: а сколько за это платят? И правда: есть ли в этом выгода, и если есть, то какая?

Турник по наследству

Семья Проценко входит в число 270 пар региона, решивших заменить социальным сиротам мать и отца. Социальным – потому что большинство этих детей осиротели при живых родителях.

Ревности в семье нет, только взаимопомощь. Когда в гости приезжают родные дети, а все они уже взрослые (неудивительно: супруги Проценко вместе 35 лет. – Ред.), то непременно с подарками для каждого братика и сестрички. По наследству достаются и увлечения. Так, родные сыновья – Вадим и Григорий – всерьёз занимались тяжёлой атлетикой. На турнике, который они когда-то установили во дворе дома, теперь качает мышцы новое поколение.

– Было бы здорово найти спонсора, который бы помог построить спортивную площадку, – мечтает Григорий Проценко, глава семьи.

В спальне вдоль стен – двухъярус­ные кровати. В тесноте, да не в обиде – зато весело. Участок возле дома – всего шесть соток, но в прошлом году Григорий Павлович построил там бассейн, теперь детворе есть где резвиться жарким летом.

Своих детей Проценко всегда старались приучать к труду. Много лет семья держала подсобное хозяйство на дачном участке – выращивала свиней. Родной сын Гришутка, как ласково зовёт его Лидия Ивановна, – ещё в седьмом классе ездил за 15 километров от Лисок – управлялся по хозяйству и не раз принимал опоросы.

На первом месте – учёба

Наша предпоследняя родная дочка выходила замуж, а младшая, Лидушка, говорит: «Что же я – одна остаюсь?» – рассказывает Лидия Проценко. – Так что взять ребёнка из интерната – её идея. 

Родители были только «за». Принять, обогреть осиротевшего ребёнка, помочь ему вырасти нормальным человеком – разве это не здорово? Правда, в жизни оказалось всё гораздо сложнее. Приёмные дети и учатся, и трудятся с меньшей охотой – в интернате прилагать усилия не привыкли. Да и приёмные родители не особо заставляют, ведь сразу найдутся «злопыхатели», обвинят, что, мол, используют детский труд. Но стирать свою одежду и мыть посуду обязан каждый. И на первом месте, конечно, учёба.

Все мои старшие ребята хорошо учились в школе, и не хочется, чтобы кто-то указывал пальцем: понабрали детей и не занимаются ими, а это не так, – говорит Лидия Ивановна. – Занимаемся, и результаты есть. Так, Настя живёт в семье уже три года и старается всеми силами зажечь энтузиазмом своих новых братьев и сестричек. Сегодня её фото висит в школе на доске почёта. А ведь поначалу вообще ничего не умела. 

Новый смысл

А как же государство? Чем оно помогает приёмным семьям? Сейчас на содержание каждого ребёнка, находящегося под опекой или в приёмной семье, выплачивается 5955 рублей в месяц. Кроме того, приёмные родители получают за свой труд вознаграждение – 4842 рубля на воспитанника. Хватает или мало?

Проценко говорят – смотря как кормить, обувать, одевать… Ведь приёмным детям особенно важно выглядеть не хуже своих сверстников, поэтому модные платья и современные телефоны для них покупаются в первую очередь. Но жаловаться на судьбу и выбивать подачки в семье не принято.

– Как-то нас пригласили в районную администрацию и спросили: почему мы вас не знаем, почему вы не ходите и ничего не просите? – вспоминает Лидия Проценко. – А зачем просить? Мы привыкли обеспечивать себя сами.

Только однажды семья обратилась с просьбой помочь утеплить дом. Пластиковой плитки, купленной на выделенные райадминистрацией деньги, едва хватило на две стены дома.

– В Лискинском приюте всего 20 детей, а сколько обслуживающего персонала? – продолжает Лидия Ивановна. – А у меня в семье десять детей, и я одна. Очень мешает бумажная волокита. Сейчас ставим старших в очередь на квартиры. Мы бросаем все дела, едем за справками, документами.

Проценко не в обиде – в конце концов, их никто не заставлял брать детей и не обещал золотые горы. Да и справляются супруги неплохо: в доме сделали ремонт, купили небольшой микроавтобус, в который может поместиться вся семья.

– Проблем, конечно, с десятью ребятишками много, но радости больше! – уверен Григорий Павлович. – Это огромное счастье, когда все собираются за одним столом. Мы разговариваем, дети задают вопросы, обсуждаем проблемы. Я их учу, что хорошо, что плохо, как лучше поступить в сложной ситуации. Я считаю, что нам Бог даёт всё необходимое, и мы должны поделиться этим с детьми.

Пример Проценко уже вдохновляет других. Знакомые Лидии и Григория – Юрий и Светлана Шульга – недавно решили взять четверых ребят.

– Двое родных детей выросли, уже заканчивают вузы, – рассказывает Светлана Шульга, приёмная мать. – Мы остались одни, в пустом доме. Нам одиноко. И очень хочется обрести новый смысл жизни.

Легко ли взять в семью ребёнка?

Ирина Попова, уполномоченный по правам ребёнка при губернаторе Воронежской области:

– Жить и воспитываться в семье – конституционное право каждого маленького гражданина. Поэтому все силы сегодня направлены на то, чтобы найти семью для деток, оставшихся без попечения родителей. В нашем регионе этот процесс набрал нормальные темпы. Но чтобы и дальше развивать семейную форму устройства детей, нужно прежде всего материальное стимулирование. 

Принятые в конце прошлого года областные законы как раз обеспечивают меры поддержки семьям, берущим ребёнка. Это повышение опекунских пособий, увеличение пособий на содержание ребёнка в семье и др. Дополнительные меры стимулирования будут приняты в этом году.

Илья Сиволдаев, правозащитник:

– Проблему снижения количества детей-сирот в детских домах необходимо решать комплексно. Прежде всего, должна быть принята программа «Воронежская область без сирот» в рамках областной стратегии действий в интересах детей. Эта стратегия, хотя и была принята в октябре 2012 года, не содержит чёткого плана действий, а он должен включать в себя много аспектов: совершенствование работы органов опеки, развитие патроната, других ювенальных технологий.

Кроме того, руководству области необходимо проявить политическую волю и показать личный пример. Ведь канцлер ФРГ Герхард Шрёдер в своё время удочерил российскую девочку, почему бы не поступить так же и нашим чиновникам?

В последние годы количество лишений родительских прав уменьшилось, усыновлений – возросло. Но в ближайшее время потенциальные приёмные родители начнут проходить психологическое тестирование и другие дополнительные процедуры. С одной стороны это хорошо, а с другой – снизит доступ к возможности усыновления. В общем, процедура усыновления по-прежнему очень бюрократизирована.

Кто становится усыновителем?

Марина Валиулина, консультант управления образования городского округа город Воронеж:

– В нашей области однозначно выбран приоритет семейной формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей. Единая государственная политика в отношении защиты прав детей выполняется. Под опеку и попечительство ребёнка берут в основном кровные родственники – дедушки, бабушки, дяди, тёти, братья, сёстры. Очень немногие уходят к сторонним гражданам. Но когда дети попадают в замещающие семьи, всё равно идёт работа по их возврату родным. Редко, но бывает, что люди, ограниченные в родительских правах, берутся за ум и встают на путь исправления.

Усыновляют ребёнка чаще всего семьи, которые не могут иметь своих детей. И, знаете, бывают такие случаи, когда женщины, которые уже потеряли все надежды, усыновив ребёнка, рожают сами. Конечно, эти женщины – на седьмом небе от счастья. Как будто Бог награждает семью, пожалевшую чужое дитя, собственным ребёнком. Усыновителями становятся и молодёжь, и люди среднего возраста, и те, кто постарше.

Конечно, дать детям хорошее образование, обеспечить им достойное будущее требует немалых финансовых затрат. Сейчас приняты национальная, региональная и городская стратегия в интересах детей, предполагающая меры материального стимулирования замещающих семей. Если эти меры будут осуществляться, количество людей, желающих стать замещающими родителями, несомненно, увеличится.

Бросать детей – великий грех

Екатерина Молодцлва, народная артистка России:

 Взять в семью ребёнка было трудно во все времена. Ведь это такая большая ответственность! Чтобы стать приёмным родителем, необходима стабильная работа, уверенность в завтрашнем дне. А сегодняшним молодым людям часто некуда идти после окончания вуза. Без помощи родителей невозможно купить квартиру. Мне кажется, если бы народ наш был обеспеченнее, брошенных детей было бы меньше.

Есть вопросы и к государственным мерам поддержки. Материнский капитал нужен не когда-то потом, а сразу, чтобы поднять ребёнка.

Да и просто взять сироту в дом – мало. Я не поддерживаю тех, кто это делает с бухты-барахты. Нужно на 100% быть уверенным, что ты сможешь его воспитать. Я сама выросла в большой семье, была тринадцатым по счёту ребёнком. Это были такие тяжёлые годы! Но мама, кроме своих, растила ещё пять неродных детей. Так что играет роль не столько благосостояние, сколько готовность к великому труду - не спать ночами, кормить дитя, заниматься с ним. И главное – любить! Это значит – всегда стоять на посту и не жалеть своих сил.

За такой труд, конечно, нужно платить, делать отчисления в Пенсионный фонд. Ведь 9-10 детей – это уже своеобразный семейный детдом, и в этом случае воспитание детей становится полноценной профессией.

Но самое главное – нужно сделать так, чтобы детей не бросали. Посмотрите, в мусульманском мире этого явления почти нет. Не надо быть гордым и высокомерным, надо учиться. А начинать следует с того, чтобы женщины ответственнее подходили к материнству. Детей не бросают те, кто верует в Бога. Нельзя рожать и бросать. Это великий грех!

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах