107

Михаил Салычев: "В скульптуре должна жить музыка"

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 21 25/05/2011

Кто-то из острословов заметил: "В современном искусстве разобраться легко: что висит на стене - живопись; что можно увидеть сзади - скульптура". Творчество тамбовского скульптора Михаила Салычева, теперь уже заслуженного скульптора России, поводов для ёрничества не даёт. Возможно, потому, что он из тех скульпторов, для которых избранное им искусство никогда не мыслилось как ремесло.

А формальным поводом для встречи стало открытие в сквере "Сочи" - одном из любимых тамбовчанами мест отдыха - скульптуры, посвящённой памяти жертв чернобыльской катастрофы.

Потому и спрашиваю Михаила, как возник замысел его последней работы? Что лежит в основе проекта?

Рождение замыслов

- Работа велась семь лет, сначала памятник должен был быть традиционным - скульптура мужчины. И куда-то надо было ещё пристроить модель атомного ядра. Но когда мы посмотрели на выстроенную композицию - страшно получается! Мы решили отойти от реалистического варианта и сосредоточиться на решении концепции проекта в символическом ключе. Чем больше мы размышляли, тем больше укреплялись в мысли, что здесь будет уместна абстракция. Основу композиции составляет красное ядро, которое, по задумке, несёт и силу, и помощь нам, а если человек допустит преступную халатность, то и разрушение. И большое горе. Хотелось, чтобы люди задумались: к миру, нас окружающему, надо относиться строго и порядочно.

Я очень часто бывал на площади, много ходил по городу, смотрел на окружающую тамбовскую реальность и решал, как же будет выглядеть этот монумент. В какой-то момент во мне прорезалось видение памятника. Строгость храма, его кубические формы и луковица маковки вверху подсказали, как связать всё в единую композицию площади. Я сделал два блока, между которыми идёт разрыв, и в центре зажато ядро, которое уже разорвалось.

В искусстве следует доверять своим ощущениям

- Михаил, знаете, я пытаюсь понять, как вам удалось так гармонично вписать вашу работу в облик сквера?

- Художник обязан быть грамотным. От его внутреннего чутья - как он видит в пространстве - зависит внешний облик города. Иногда смотришь на скульптуру, и понимаешь - метра здесь не хватает. Почему? Потому что художник не рассчитал высоту скульптуры и от этого она не смотрится в пространстве. Или же, наоборот, скульптура неоправданно увеличена - гигантомания получается. А по большому счёту, говорят, что не хватает музыки. Чувство веса, роста скульптуры имеет огромное значение, поскольку от этих параметров в первую очередь зависит качество работы. Это - как у музыканта чувство звука. Скульптор же должен иметь обязательно чувство пропорции. Без этого чувства и скульптора, по большому счёту, нет.

Надо больше радоваться

- В стане собратьев по цеху вы слывёте философом. Поделитесь, что лежит в основе вашего осмысления мира?

- Спешить никогда не надо. Надо радоваться больше. Тогда и работа будет хорошая. И торопиться не следует не только в своей работе, в творческих вещах. Я и сейчас радуюсь, когда работаю. Работа меня захватывает целиком и полностью. Но к такому состоянию надо пройти определённый путь, и потом так будет у каждого. У кого заложен от природы талант, конечно.

- Исходя из принципа никогда и ни в чём не торопиться, вы и в искусство пришли так поздно?

- Всё так: в 26 лет я только поступил в художественное училище в Пензе. Я и не думал, что стану скульптором. Считал, что художники - особенные люди, в моём понимании - небожители. Занятие для избранных. А потом меня затянуло так, что я уже не смог, всё бросил и уехал отсюда в пензенское училище. Закончил, потом пытался поступить в высшее художественное училище, но возраст перевалил уже за 30... В этом возрасте немногим удавалось тогда продолжить очное образование. Но я всегда учился и учусь у людей: начал ездить на симпозиумы, на творческие дачи. В конечном счёте, получил образование такое, что ни одна высшая школа подобного не даст.

Можно лепить,

но лучше - ваять

- С каким материалом вы предпочитаете работать?

- Скульпторы чаще всего работают с бронзой - удобный для лепки материал: вылепил из глины скульптуру, снял форму, залил её бронзой - всё, дело сделано! А когда ты работаешь в каком-то материале, то необходимо сначала вылепить форму, а потом на глаз перевести её в камень или дерево. Можно лепить, а можно ваять. Последнее предполагает, что от единого блока отсекается всё лишнее, чтобы получилось произведение искусства. И когда скульптор допускает профессиональные ошибки, о его работе не говорят, что рука короче, чем следует. Говорят - не хватает музыки. Сейчас я в восторге от итальянского скульптора Марино Марине. Я сравниваю, как он работает, как я. Чего мне не хватает, чтобы стать на ступеньку выше. А как без этого? Кто мне ближе, к тому я и иду.

Смотрите также:

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах