aif.ru counter
20.08.2013 15:56
Екатерина КУРДЮКОВА
104

Волонтер: «Люди скучают по состраданию»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 33. АиФ-Липецк 14/08/2013

Кто эти люди, сколько их и зачем они тратят своё время на поиски чужих детей? Корреспондент «АиФ-Липецк» спросил об этом Вячеслава Телина, руководителя Липецкой областной общественной организации «Поиск пропавших детей».

Потеряшки и бегунки

АиФ: – Вячеслав, часто ли в Липецкой области пропадают дети?

В тему

Чтобы ребёнок не потерялся:

✔ Помогите ему выучить своё имя и фамилию, домашний адрес. А на одежду пришейте бирки со своим именем и телефоном.

✔ Приучите его не общаться с незнакомыми людьми и ничего у них не брать.

✔ Предупредите его, что нужно ходить по людным местам, а в случае беды – обращаться к сотрудникам полиции.

✔ Приучите его всегда быть с вами на связи по мобильному телефону.

В.Т.: – К счастью, не так часто. По нашим данным, в пределах двадцати человек в год. У полиции другая статистика, но я не думаю, что она сильно отличается от нашей. Но даже один пропавший ребёнок – это уже большая беда. Не только для его родителей, родственников и знакомых, но и для всего общества. Поэтому среди нас и организовалась группа людей-волонтёров, готовая бескорыстно помогать в поисках таких детей.

АиФ: – Куда же деваются пропавшие дети?

В.Т.: – Большинство из них – подростки, которые сами уходят из дома. Таких ещё называют «бегунками». Как правило, это воспитанники интернатов, дети из неблагополучных семей. Искать их сложнее всего, просто потому, что они не хотят быть найденными. Поэтому бегут далеко и быстро, а прячутся хорошо. И лишь немногие дети пропадают не по своей воле, просто заблудившись в городе или в лесу. Чаще всего такие «потеряшки» – это малыши и школьники начальных классов.

АиФ: – Многих ли удаётся найти?

В.Т.: – Более 90% потерявшихся детей находятся. Но, к сожалению, не все – живыми. Одни становятся жертвами преступлений, другие – несчастных случаев. На сегодняшний день не найденным у нас остаётся один ребёнок – это Данила Белых. Его поиски продолжаются, несмотря на то, что с момента исчезновения прошло больше года. Мы расклеили ориентировки по городу и области, надеемся, кто-то узнает по ним мальчика и откликнется.

Кто, если не мы?

АиФ: – Что заставляет людей бросать свои дела и принимать бескорыстное участие в поисках совершенно чужого человека?

В.Т.: – Как всегда, желание помочь ближнему своему. Знаете, у десант­ников есть девиз – кто, если не мы. Те же самые слова можно применить и к добровольцам. Причём желание бескорыстно помогать не зависит ни от статуса, ни от материального достатка человека. Среди волонтёров люди самых разных профессий и социальных слоёв: домохозяйки, бизнесмены, пенсионеры, студенты.

АиФ: – Как реагируют на волонтёров прохожие?

В.Т.: – Сначала удивляются. Но когда узнают, кто мы такие, почти всегда стараются помочь. Такая потребность у людей существует. Вспомните 1980-е годы: если у кого-то случилась беда, тут же на помощь приходили соседи, друзья, знакомые. Сейчас этого нет, мы живём каждый в своей скорлупе, и, к сожалению, это считается нормальным. Но в глубине души люди скучают по состраданию. Это выражается уже в том, что они готовы и хотят нам помогать, просто одни этого стесняются, другие не знают, как.

АиФ: – А как складывается взаимоотношение волонтёров и полиции? Помнится, раньше сотрудники правопорядка не очень-то жаловали поисковиков.

В.Т.: – Постепенно негатив и недопонимание уходят. Мы хотим и стараемся сотрудничать друг с другом, так как понимаем, что делаем общее дело. Другой вопрос, что полиция может предоставить нам не всю информацию. Сейчас мы пытаемся решить и эту проблему. Возможно, некоторые волонтёры станут внештатными сотрудниками правоохранительных органов.

Ребёнок – не игрушка

АиФ: – Сегодня считается, что на защиту ребёнка обязана встать ювенальная юстиция...

В.Т.: – Может быть, но я лично против неё. Не случайно ребёнка называют несовершеннолетним. Это говорит о том, что он не может принимать самостоятельные решения, поэтому всю ответственность за него несут родители. Они должны его направлять. А если у них отобрать рычаги исполнения, то ребёнок станет неуправляемым, выйдет из-под контроля. Вы посмотрите, каков процент самоубийств среди несовершеннолетних на Западе. Да, детей надо защищать, но за пределами семьи.

АиФ: – Но у нас же почему-то проще отнять ребёнка у матери, чем посадить педофила…

В.Т.: – Просто у нас принято идти по пути наименьшего сопротивления. Где проще контролировать ситуацию: в семье или на улице? Конечно, в семье. А потом власть отчитывается – мол, мы всё сделали. Но правильно ли вы всё сделали? Может, начинать нужно было с другого. Тогда, возможно, было бы меньше пропавших детей 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах
Роскачество