aif.ru counter
16.04.2013 14:44
Ирина КОСТЕНКО
172

«Царица наук» прославила воронежских учёных

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 15. АиФ-Черноземье 10/04/2013

Воронеж, 16 апреля – АиФ-Черноземье

«Математики – совершенно особая, интеллектуальная каста в нашем обществе, – считает Ольга Рудева. В нашем городе интерес к математике возник из чисто практических соображений. Город, где строился первый российский флот, постоянно был в поле зрения Петра I. В 1714 году самодержец издал указ о создании «цифирных школ» и обучении «началам геометрии». И вот, спустя два года, у нас открылась первая «цифирная школа». Учиться в заведении могли дети всех сословий. Причём дворяне, как правило, учились хуже – всеми правдами и неправдами отлынивали от занятий.

Второй раз на государственном уровне за математику взялись уже в XIX веке. Несколько десятилетий подряд после Крымской войны точная наука переживала настоящий «бум». В ту пору, как пишут историки, флот «сильно подкачал», и государственные мужи кинулись на помощь к математикам. Именно тогда в Воронеже жил и творил легендарный учёный и педагог Андрей Киселёв.

Волшебник матфака

О Селиме Крейне – учёном с мировым именем, великом педагоге и заслуженном деятеле науки – слыхали многие воронежские математики.

– Неудивительно: Селим Григорьевич был «добрым волшебником» матфака, «папой» аспирантов и кумиром даже далёких от науки людей, – вспоминает Владимир Костин, профессор ВГУ, ученик Крейна.

В Воронеже Крейн поселился в 1954 году и до конца жизни (2000 г.) он работал в ВГУ. Здесь вместе с коллегами – Марком Красносельским и Владимиром Соболевым – учёный создал научную школу функционального анализа, которую вскоре узнали во всей стране и за рубежом. Детище Крейна сравнивали с Афинской школой, изображённой на картине Рафаэля, и с Московской математической школой. А ещё Воронеж времён Крейна называли «волшебным» городом и «одной из столиц бушующего математического мира». И, наверное, неспроста.

– В тот период лидерство Крейна было безусловным, – продолжает Костин. – Декан, зав. кафедрой, организатор школ и конференций. За свою научную деятельность он опубликовал 175 статей, 18 монографий, руководил созданием 81 диссертации. Из его учеников 18 стали докторами наук, двое – действительными членами Академии наук Украины. Американское математическое сообщество признало: до 2003 года Крейн опережал всех учёных по числу «подопечных», имеющих научную степень.

В Воронеже Крейн создал и знаменитые Зимние школы, которые проходят у нас до сих пор - но уже в статусе международных. К их открытию Крейн подключил студентов и аспирантов. Владимиру Костину он поручил придумать эмблему школы. Ею стал рисунок с изображением снежной бабы.

На первой математической школе все были веселы и молоды, и Крейн – не исключение. Учёные не только слушали лекции и читали доклады, но играли в футбол, пели, танцевали и… пили водку – как учил Селим Григорьевич: «из стаканов, но не стаканами».

Надо заметить, что Крейн был человеком остроумным и жизнелюбивым. Даже после операции на сердце, которую ему сделали в США, Селим Григорьевич не стал отдыхать, а первым делом пришёл в университет. На шутливый вопрос своего коллеги об отношении нового «американского сердца» Крейна к женщинам, учёный ответил:

– Наших женщин любит любое сердце.

Поэт, музыкант, математик

В Воронеже сохранился старинный дом и флигель на углу улиц Никитинской (дом № 2) и Комиссаржевской, где после революции жили ректор и ведущие преподаватели воронежского университета. Был среди них и математик Николай Самбикин. Он с юношеских лет писал стихи, увлекался литературой, театром, актёрским мастерством, шахматами, музыкой.

Неудивительно, что и свой дом он превратил в литературно-музыкальный салон. Здесь читали стихи, устраивали театральные постановки, играли на рояле.

Частыми гостями были Николай Романов – поэт, музыкант и математик, физик Павел Черенков – впоследствии нобелевский лауреат, литературовед Владимир Днепров и его жена Екатерина Трощенко – литературный критик.

После смерти Николая Петровича в доме-усадьбе на Никитинской традицию литературно-музыкальных вечеров продолжила его вдова Мария Васильевна Самбикина. Ещё долгие годы в среде воронежской интеллигенции были популярны самбикинские литературные экспромты: иронические баллады, поэмы, стихи. Они буквально ходили по рукам.

Точность, простота, сжатость

Андрея Киселёва назначили преподавателем математики, механики и черчения в Воронежское реальное училище сразу после окончания Петербургского университета в 1875 году. С 1892 года Киселёв обучал математике и физике воспитанников кадетского корпуса. Педагогом он был отменным: на его уроках царила образцовая дисциплина, а ученики обладали блестящими знаниями.

В 1901 году Андрей Петрович вышел на пенсию и полностью посвятил себя созданию учебников. После Октябрьского переворота его сочли консерватором, не желающим сотрудничать с передовыми педагогами. Впрочем, это не помешало математику преподавать в нескольких школах. Но киселёвских учебников не издавали, считали, что они мешают развитию революционной педагогики. Правда, с появлением рабфаков творения Киселёва оценили. Оно и понятно: «революционные» издания грешили неточностями и смазанностью определений. А Киселёв исходил из принципов «точности формулировок, простоты в рассуждениях и сжатости изложения». Его учебниками долгие годы пользовались педагоги СССР. И даже современные учителя частенько поговаривают о том, как неплохо было бы вернуть киселёвские учебники в школы.

Но Киселёв был не только выдающимся автором учебных пособий и замечательным педагогом. Он слыл неутомимым общественником и благотворителем. Математик с удовольствием давал публичные лекции по астрономии и физике и всегда помогал бедным ученикам.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах
Роскачество